К 120-летию со дня рождения поэта
А что еще, уважаемый читатель, Вы знаете о знакомой с детства Агнии Барто? Как показал наш опрос, все с легкостью после «Уронили мишку на пол» или «Зайку бросила хозяйка» воспроизводят последующие строки, «на автомате».
То же самое с «Наша Таня громко плачет», «Идет бычок, качается», «Я люблю свою лошадку»… — весь цикл «Игрушки», который в этом году тоже отмечает юбилей (его первое издание состоялось 90 лет назад, в 1936 г.).
Стихи читает сама
Агния в балетной школе
Агния и Павел Барто
«Рассказать о том, как я училась у Маршака, пожалуй, мне труднее всего. Далеко не просто и не сразу сложились наши отношения. В чем-то были повинны обстоятельства, в чем-то мы сами, — вспоминала она. — К первым моим книжкам Маршак отнесся отрицательно, я бы даже сказала — нетерпимо. В течение нескольких лет разговоры наши велись на острие ножа. Сердила его моя строптивость и некоторая прямолинейность, свойственная мне в те годы. К сожалению, слишком прямолинейно вела я себя и в разговорах с Маршаком…»
Агния Барто на встрече с детьми. Набор фотографий «Веселые каникулы». Фотограф В. Горшков (коллекция Государственного исторического музея)
А. Барто (в центре) и П. Бажов (второй справа) в Свердловске. Фото из музея писателей Урала
Кадр из мультфильма «Наш друг Пишичитай» (1978 г.)
А воспоминания были жесткими, а иногда и просто кошмарными.
- «В избе лежал мертвый дедушка и валялся калошик с одной ноги, а мальчика моего уже не было».
- «Во время эвакуации мой сын девяти лет Петр Хитреня отстал от поезда. На правой руке нет указательного пальца, оторван снарядом. О. П. Хитреня»
- «Одну мою дочь сожгли в печах Освенцима. Двадцать лет ищу вторую дочь, Шуру Королеву. У нее на левой ручке, ниже локтя, выжжен номер 77325. Королева»
- «Ночью подводы с нашими детьми поехали, мы их не догнали. С тех пор ищу Фаню и Борю Дубинштейн. И. Бессарабова»
Агния Барто (слева) вместе с редактором радиопередачи «Найти человека» Мариной Новицкой (справа) прослушивает запись своих новых выступлений. Фото: Н. Бобров / РИА Новости, 01.09.1970
«…Ее очень сложно читать, невозможно удержаться от слез, невозможно не приложить к себе эти небольшие, но такие тяжелые истории самых разных людей. Поэтому приходилось делать большие перерывы. Очень трогает и обилие откликов, о которых пишет Агния Львовна: даже люди, которые не являлись родней героев передачи, откликались, желая помочь, даже те, чьи семьи не были так сильно затронуты войной и у кого все было сравнительно благополучно. Это как-то внушает надежды, позволяет верить в человечество и все такое…»
* * *